DOGS: Bullets and Carnage

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DOGS: Bullets and Carnage » Картотека » Frieda Zimmermann


Frieda Zimmermann

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

1. Имя и фамилия:
Фрида Циммерманн/Frieda Zimmermann, урожденная Кёллер
Клички ненавидит.
2. Пол:
Женский
3. Возраст:
22 года
4. Внешность:
Первое что бросается в глаза - это светлые, почти белые волосы Фриды, доходящие до лопаток. Женщина никогда их не собирает. Фрида это сплошное белое пятно, и лицо ее можно назвать тусклым. На широком лбу располагаются тонкие светлые брови, заметить которые можно разве что на близком расстоянии; узкие серо-голубые глаза очерчены темными густыми ресницами – единственной черной деталью на этом белом пятне; маленький аккуратный нос и тонкие плотно сомкнутые губы. Взгляд пристальный, Циммерманн может долго смотреть человеку прямо в глаза, не испытывая при этом дискомфорта.
В отличие от многих женщин Циммерманн никогда не проявляла тягу к броской одежде. Ее выбор падает на темные невзрачные вещи, непременно практичные и удобные. Однако обязательно должен присутствовать воротник, который будет скрывать стальной ошейник, крепко вцепившийся в шею Фриды. Чаще всего ее можно увидеть в форме Шестого отряда специального назначения, которую Фрида терпеть не может из-за чрезмерной белизны. Женщина не может похвастаться высоким ростом, но вот телосложение у нее спортивное (иначе телохранителю нельзя).
5. Характер:
Что видят люди, успевшие узнать эту особу получше:
Фрида мрачная личность с пессимистичными взглядами на жизнь. Женщина в высшей степени раздражительна, однако привыкла держать все в себе. Для окружающих она сдержанный и спокойный человек. Холодная снаружи, горячая внутри, так сказать. Возможно, на Фриду повлияла работа: телохранитель обязан быть тише воды ниже травы. Он должен быть незаметным и молчаливым, дабы не причинять неудобств своему занятому хозяину, и Циммерманн изо всех сил старается быть именно такой - идеальной. Но накапливающаяся внутри желчь частенько мешает ей быть таковой, и яд вместе со словами просачивается наружу. Никогда не повышает голос, несмотря на привычку говорить человеку в лицо то, что о нем думает, а думает Фрида о людях, как правило, плохо, потому что ужасно злопамятна. К слову, запоминает она не только по-настоящему ужасные поступки, но и сущие пустяки, на которые другой человек не обратит своего внимания. Достаточно неаккуратно брошенного слова или нелепой шутки в ее адрес, чтобы навсегда остаться в памяти этой особы. Конечно, Фрида запоминает и добрые поступки людей, но это должно быть что-то по-настоящему грандиозное (вырастить чужое дитя, дать приют бездомным и т.п.)
Не любит детей. Старается держаться от них подальше. Не терпит их прикосновений, их голосов и особенно их плача.
Долг для этой женщины превыше всего: если она дала слово, то сдержит его во что бы то ни стало, даже если придется наступить себе на горло. Прямолинейна, а потому не любит болтунов, вешающих на уши лапшу. Циммерманн с огромным уважением относится к пожилым людям, никогда их даже пальцем не тронет. Если отдан приказ уничтожить старика, ослушается его, хоть долг и превыше всего. Стоит отметить, что от убийств эта дама не получает ни малейшего удовольствия, впрочем, как и от самой схватки, поэтому не ввязывается в бой без необходимости. Исключением здесь служат псы. Жестоких себе подобных Фрида не жалеет.
Что видят остальные: странноватый замкнутый (а может быть, стеснительный) флегматик, не пренебрегающий сарказмом. Тихая, ничем не примечательная особа.
6. Биография:
Отец Зольф Кёллер – отставной военный, человек уверенный в себе, жесткий, помешанный на дисциплине и ужасно ревнивый. Мать Берта Кёллер – некогда знаменитая актриса, женщина ласковая, порою инфантильная, смешливая, общительная, кокетливая. Эти люди заботились о маленькой Фриде до пяти лет, холили и лелеяли, так сказать. В пять лет количество этих прекрасных людей сократилось до одного экземпляра. Этот вечер изначально показался Фриде очень странным: девочку рано уложили спать, комнату закрыли снаружи, а после слова "шлюха" и прочих неизвестных девочке слов, громко произнесенных отцом, хлопнула входная дверь, и в доме воцарилась тишина. Что с этими замечательными людьми происходило дальше, девочка не знает. По возвращению домой, Зольф незаметно, как казалось ему, стер кровь с ботинка и объявил, что мама уехала жить к своей сестре, которой, к слову, у Берты никогда не было. Позже, на вопрос Фриды "Когда вернется мама?", отец лишь нервно улыбался. Девочка чуяла что-то неладное, но тогда детский мозг не осилил этой, казалось бы, простой задачи - понять, куда действительно ушла ее мать. Отец настоял на переезде. Он стал нервным и истощенным после этой ночи, а к девочке стал относиться еще строже. Поскучав, порыдав да привыкнув к новому порядку, Фрида успокоилась. Жизнь шла своим чередом. Малютка росла, училась, ела, спала и дышала под чутким надзором отца. Его любовь к дисциплине доходила до абсурда: Фриде приходилось вставать чуть ли не в пять утра, делать зарядку, в которую входили порою очень тяжелые упражнения, бегать по поручениям отца и многое другое. Впрочем, девочка никогда не жаловалась и даже получала удовольствие, выполняя самые сложные задания родителя. Мужчина воспитывал не только тело, но и дух маленькой Фриды: отец лично выбирал книги, которые дочь должна прочитать. Обязательное чтение перед сном стало любимым занятием Фриды, потому что именно в это время нервный строгий отец становился более спокойным и разговорчивым, и книгу порой откладывали в сторону, чтобы не мешала рассказывать дочери увлекательные и часто поучительные истории.
9 лет. Отец исчезает. Уходит, как обычно, с утра из дома, но не возвращается совсем. Прознав об этом, маленькую Кёллер берет под свое крыло сердобольная соседка Марта Ресслих. Неожиданный поступок старой бездетной вдовы, живущей в квартире напротив, явился для девочки спасением от приюта, в котором Фриде, конечно, жить не хотелось. Исчезновение отца сделало Фриду слишком серьезной. Кёллер теперь считала себя духовно старше своих ровесников, их детские игры теперь были для нее недоступным удовольствием. А чересчур милое обращение пожилой дамы, иногда доходящее до сюсюканья, только раздражало девочку. Фрида прощала ей неумение обращаться с «взрослыми» детьми, а Марта, в свою очередь, дурное поведение своей воспитанницы. Однако, несмотря на все их распри, девочка была благодарна госпоже Ресслих за все, что та для нее сделала.
10 лет. Переломный год в жизни Фриды Кёллер. Старушка Ресслих слегла со странной неизвестной Фриде болезнью. Срочно было необходимо лечение, однако средств для того, чтобы положить Марту в хорошую больницу у них, конечно же, не нашлось. Впрочем, счастливый случай в лице некоего состоятельного профессора, встреченного девочкой буквально на пороге дома опекунши, спас положение. Спаситель, именуемый Целльнером Неубаутеном, предложил ей сделку: она участвует в эксперименте, о деталях которого он благоразумно умолчал, взамен чего Марта Ресслих вновь становится на ноги. Девочка никогда не слыла доверчивой особой, отнюдь, Фрида была подозрительна, иногда даже слишком, но от такого предложения, каким бы подозрительным оно не было,  маленькая Кёллер не могла отказаться. К тому же,  именно сейчас Фриде была необходима поддержка не столько материальная, сколько моральная, а этот молодой человек был готов ее оказать. Слово свое Неубаутен сдержал: Марта Ресслих получила должное лечение и уход. Свое слово сдержала и Фрида: она позволила профессору подобраться к своей спине, и вскоре ее белоснежный детский позвоночник превратился в крепкий стальной стержень, а на тонкой шее девочки уснула змея железных обручей. Старушка с нетерпением ждала прибытия своей «дочери», но той не суждено было вернуться домой. Подписывая важный контракт, обязательно читайте мелкий шрифт. Невнимательных ждет сюрприз. Конечно, у девочки с профессором не имелось письменного договора, однако Неубаутен утверждал, что об этой части их сделки он говорил не раз: Кёллер обязана остаться с ним, ее жизнь отныне принадлежит Целльнеру, а о возвращении в прежнюю семью девочка может не помышлять. Почему-то Фрида не помнит, чтобы кое-кто упоминал об этом пункте – именно с этого началась ее ненависть к своему новому отцу.
22 года. Уже 11 лет как Фрида Циммерманн. Ее семьей стали другие подопытные профессора Неубаутена, а также сам Целльнер, и честно говоря, женщина не в восторге от подобной семейки.
Несмотря на весь ужас жизни с этим подлым обманщиком, в ней были свои плюсы: девочка получила неплохое образование, также научилась обращаться с холодным оружием, что не позволил бы ее биологический отец, и, наконец, вступила на  почетную должность – телохранитель мэра. Как считает Фрида, должность обозначена неправильно: не телохранитель мэра, а его личный шут. Циммерманн давно поняла, что Целльнер способен постоять за себя и даже оторвать несколько голов, а значит, в охране он совсем не нуждается.
Так и живут. Каждый день разнообразные клички, шутки-прибаутки и прочая подобная чушь, которая уже сидит у Фриды в печенке. Однако Циммерманн не может все бросить и просто уйти: однажды она дала слово быть примерной дочерью и верным солдатом. Со вторым пунктом все гладко, а вот с первым порой возникают некоторые проблемы…
7. Род деятельности:
Ненужный телохранитель мэра. Член шестого отряда специального назначения.
8. Способности:
Рядовые способности серии Циммерманн. Быстрая регенерация, однако раны затягиваются лишь на время. Женщина не столько сильная, сколько ловкая. Неплохо владеет своим холодным оружием - парочкой ножей. К огнестрельному оружию не приучена. Делает отличный кофе.
9. Связь:
В ЛС администрации

0

2

Тема для поста: первая встреча с профессором Неубаутеном.

0

3

"Совсем немного денег не хватило. Марта огорчится, а мне лишь виновато улыбнется и скажет, что в этом нет ничего страшного. Просто у нас нелегкие времена. Почему она врет? Положение ужасное", – девочка лет десяти выходит из магазина, в котором ей было поручено купить продукты. Все строго по списку. Однако сумма, лежащая у девочки в кармане, ничтожно мала и ни на что другое, кроме как лежать и напоминать о тяжелом финансовом положении в ее семье, не годится. Маленькая Фрида идет к себе домой и смотрит под ноги, у нее нет ни малейшего желания разглядывать прохожих, а ведь некогда это было одно из ее любимых занятий. В последнее время Кёллер достигла наивысшей степени мрачности, о чем неоднократно ей напоминал голос старушки Ресслих, которая в последние три дня еле находила силы, чтобы поговорить с воспитанницей.
Неожиданно лоб Фриды столкнулся с чьим-то животом. Признаться честно, Кёллер ожидала, что незнакомец нахмурит брови, окинет ее суровым взглядом и буркнет что-то про осторожность, однако хозяин живота, вопреки ожиданиям девочки, мягко улыбнувшись и положив руки на ее плечи, всего лишь проговорил:
- Чуть меня не зашибла, - у этого экземпляра было ужасно милое лицо и  ужасно цепкие глаза. Высокий мужчина лет тридцати смотрел на девочку каким-то крайне подозрительным взглядом, будто смотрит не на человека, а, к примеру, на оружие и пытается определить на глаз, насколько оно эффективно и удобно в использовании.
- Извините, - девочка нахмурилась и отступила на шаг, высвобождая свои плечи из цепких лап. На этом бы их знакомство и закончилось, если бы не белый халат. "Неужели доктор?" – Фрида осмотрела мужчину с ног до головы и даже пару раз обошла его кругом, дабы разглядеть со всех сторон получше, не упустить ни одной детали. А вдруг у него при себе пистолет или нож? С чужими дядьками шутки плохи. Но доктор стоял спокойно, он позволял разглядывать себя любопытной девчонке и в то же время сам рассматривал эту особу. Наконец, он повернулся к ней и, нагнувшись, протянул изумленной Фриде руку.
- Профессор Неубаутен. Для тебя просто Целльнер. Могу я узнать твое имя? – Кёллер недоверчиво посмотрела на протянутую руку. Этот профессор, несомненно, как и все другие считал ее ребенком, а Фриде это ой как не нравилось. Желая доказать обратное, она выпрямилась, высоко подняла голову вверх, пожала руку Неубаутена и с достоинством отчеканила собственное имя, будто носить имя Фрида Кёллер было так же почетно, как и называться Юлием Цезарем. Своим поведением девочке очень хотелось убедить профессора в том, что общаться с ней нужно на равных и никак иначе. Но вот Целльнера это, похоже, только рассмешило. Не дожидаясь момента, когда этот вулкан начнет извержение, и громкий смех будет слышен из каждого уголка города, Кёллер громко и четко проговорила:
- Вы доктор? Если да, то вы можете помочь, - Фрида сейчас была сама серьезность, возможно, это и подействовало на Неубаутена. По крайней мере, он теперь не давился от смеха, а просто широко улыбался. По-видимому, он не ожидал такого поворота событий, но тот ему нравился.
- Доктор? Можно и так сказать. Ты больна? – он прибывал в некой задумчивости, однако лицо его было таким же довольным, как и раньше. Становилось противно.
- Моя… опекунша больна. Необходимо лечение, но нет средств. Я придумаю, чем вам заплатить. Могу, например, убираться в доме… - признавать было стыдно, но девочка действительно давила на жалость, а делала она это неумело: слова произносила слишком холодно, казалось, болезнь госпожи Ресслих и отсутствие денег ее абсолютно не волнуют. Почему-то Кёллер не хотелось отпускать  профессора. Девочка чувствовала, что поставить на ноги Марту способен только этот человек. Тот лишь отрицательно покачал головой и снова уставился на Фриду.
- Деньги мне не нужны. Отплатить ты мне можешь иначе…

Отредактировано Frieda Zimmermann (2012-07-28 17:07:02)

0

4

Принята, dracunculus мой. Приятной игры, Welcome to hell :)

0


Вы здесь » DOGS: Bullets and Carnage » Картотека » Frieda Zimmermann